Архив рубрики: Жанры



Презреть гравитацию

Стихи существуют,
чтобы презреть гравитацию,
чтобы к тебе прикасаться
губами и пальцами,
в сбивчивых ямбах вдруг возникая
реальней реальности,
и проходя сквозь жерло воспаленной гортани,
где плавятся гласные.

Милый,
мы легче, чем пух тополиный,
нам больше не справиться
ни с притяжением, ни с пунктуацией.
Милый,
нас время стирает, старается,
неумолимо
жмет на «delete»,
но мы все же останемся.

Милый,
ты знаешь,
когда-нибудь с детской серьезностью
юный романтик
нас призовет
своей волей и голосом,
словом весомым нас воскресит
мы ж летим в невесомости.

Милый,
наверное, мир
только снится нам,
стерлись все буквы
и рифмы все выцвели,
но на устах остаются и
не забываются
вкус поцелуя
и вечное чудо кириллицы…



Апрельская песнь любви и нелюбви

Земля вращается, а ты меня не любишь.
Весна случается, а ты меня не любишь.
Не пишешь, не целуешь, не голубишь,
Так получается, как говорят, и в ус не дуешь.

Земля вращается, а я тебя люблю.
Весна случается, а я тебя люблю.
Как говорят у нас, на том стою,
И муку эту сладкую терплю.

И лучше было б мне тебя забыть,
Уйти в работу с головой и в быт,
Счастливой быть, любимой быть,
Кого-нибудь другого полюбить.

Чтоб поскорей ты смог меня забыть,
Уйти в работу, на войну, запить,
Спокойным быть и сильным быть,
Кого-нибудь другого не любить.

Так Дьявол нас и ловит на блесну.
А облака летят к тебе в Москву.
Мою весну
Несут по лепестку.

Гонцы ветров апрельских во хмелю,
Я здесь!
Я есть!
И я тебя люблю!
Несут как песню,
Как благую весть:
Я здесь!
Я есть!
И я тебя люблю.



Космос Музыки

Музыка это космос! Так я одной строкой и про День космонавтики и про вчерашний концерт 😉
Эти весенние дни подарили мне несколько замечательных концертов, один из которых был приурочен 15-летию Академии Матусовского, где я работаю.
Молодежный симфонический оркестр нашего вуза (дирижер – заслуженный деятель искусств Украины Сергей Йовса) и музыкант с мировым именем, выдающийся альтист нашего времени Юрий Тканов исполнили симфонию для оркестра с солирующим альтом «Гарольд в Италии» Гектора Берлиоза и Фантазию на тему известных работ Джоржа Гершвина – «Рапсодии в блюзовых тонах» и «Концерта для фортепиано с оркестром Фа Мажор».

Мои аплодисменты маэстро и стихи!

***

Ее лопатки выпирали,
Как два крыла,
И рот рояля
Осклабился в улыбке,
И Берлиоз заполнил зал
И был он осязаем,будто космос.
И альт,
И скрипки пели так,
Что сердце билось в такт,
И в теле
Душа стояла в полный рост.

Маэстро, браво!



Любовь моя, прости

Любовь моя, прости, что не любя
Другим дарю то, что твое по праву
Забыть тебя стараюсь, но себя
Лишь снова предаю и забываю.

Любовь моя, случись же, как апрель
Случается неотвратим и неизбежен,
Пусть белых яблонь легкая метель
Укроет нас с тобой от жизни прежней.

Иначе мы не сбудемся вовек,
О счастьи зная только понаслышке,
Как черновик исчерчен черно-век,
И мы с тобой меж будущим и бывшим.



Чайная церемония

И нет ничего в этом мире
Сильнее любви!
И нет ничего в этом мире
Страшнее любви!

Как будто ударной волною меня накрывает,
И чайник на кухне не вовремя закипает
И громко свистит.
И тот что со мною не знает,
А если и знает, то не говорит.

Мне имя твое, как молитва.
И ночь надо мной монолитна,
И быт превращается в бытность,
В несбыточность…
Я тебе снилась,
Но ты этот сон позабыл.
И нас развели, как мосты.

Но кружатся в чашке чаинки,
Как в вальсе, с цветами жасмина,
А имя? Что имя?!
Ошибка!
И стоит ли им дорожить?!

Оно бестелесно, бесплотно,
Оно из дыхания соткано,
Но стоит его прошептать,
И будто ударной волною
Меня накрывает тобою,
И жгучие брызги фарфора
Мне под ноги тут же летят.



Донбасский имажинэр. Последняя обойма

«И воистину светло и свято
Дело величавое войны…»
Николай Гумилев

1
Последняя обойма разрывных…
И умирать, наверное, не больно,
Но выстрелы пока что не слышны
И степь ковыльная колышется как море…
Пишу заметки на полях войны,
Обрывки дневников и хроник.
Здесь у обрыва обнажились корни, –
Вот так и мы
Цепляемся за пядь родной земли,
В которой нас однажды похоронят.
Пока мы живы. Молоды. Пьяны.
Надеемся и держим оборону.
2
Последняя обойма разрывных…
А как без них родится новый топос,
Когда мечта в проекции на плоскость
Не знает политических границ.
Мы повзрослели в 90-х,
Мы постарели в нулевых,
Но новый русский станет новоросским,
Чтобы остаться у контрольной высоты,
И звёздную отряхивая пыль
С солдатских берцев и берёзки
Шагнуть в бессмертие, где русские берёзы,
Как сестры не наплачутся над ним.
3
Последняя обойма разрывных…
Сержант не знает то, что он покойник.
Ещё он жив. Смеётся. Занял стольник
До выходных.
Несказанная речь стекает глоткой.
И ненависть течет по веткам жил.
И корка серого над горькой стопкой:
Не дожил.
А из спины, куда вошел осколок,
Вдруг – пара крыл.
4
Последняя обойма разрывных…
Прошу тебя, пиши мне, если сможешь,
Знай, для меня, нет ничего дороже
Связавшей нас мечты,
И русской неожиданной весны.
Здесь на войне, я ощущаю кожей
И смерть, и жизнь!
Здесь каждое мгновение – возможность,
И говоря быть может,
Мы понимаем: может и не быть.
5
Последняя обойма разрывных…
Последний для себя, коль карта бита.
Наш старый мир исчез, как Атлантида –
Чёрт с ним.
Сомкнутся волны трав. Утихнут битвы.
Останутся лишь песни и молитвы,
И в них
Упоминания имён и позывных,
И наша память, как кариатида –
Опора человеческого вида,
Их сохранит.
6
Последняя обойма разрывных…
Кто выживет, тем долго будет снится
Война, однополчане-пацаны,
И скифских баб обветренные лица.
Со школьной нам известная скамьи
Строка сегодня, как БЛОКбастер, повторится:
Да, скифы – мы! Да, азиаты – мы…
А может евразийцы.
Для вас, Европы сытой холуи,
Зажглись артиллерийские зарницы!
7
Последняя обойма разрывных…
Гремят артиллерийские дуэли,
И нас отпетых уж давно отпели
Степные суховеи. Как шмели,
Жужжат шрапнели.
И шмели
Плюют огнём. Нет ни земли
Ни неба.
И древнее «иду на вы»
Из тьмы столетий
Достаю нам на потребу…..
Вершится дело величавое войны!
Вершится треба!



Донбасский имажинэр. Последняя обойма. 7.

7
Последняя обойма разрывных…
Гремят артиллерийские дуэли,
И нас отпетых уж давно отпели
Степные суховеи. Как шмели,
Жужжат шрапнели.
И шмели
Плюют огнём. Нет ни земли
Ни неба.
И древнее «иду на вы»
Из тьмы столетий
Достаю нам на потребу…..
Вершится дело величавое войны!
Вершится треба!



Донбасский имажинэр. Последняя обойма. 6.

6
Последняя обойма разрывных…
Кто выживет, тем долго будет снится
Война, однополчане-пацаны,
И скифских баб обветренные лица.
Со школьной нам известная скамьи
Строка сегодня, как БЛОКбастер, повторится:
Да, скифы – мы! Да, азиаты – мы…
А может евразийцы.
Для вас, Европы сытой холуи,
Зажглись артиллерийские зарницы!



Донбасский имажинэр. Последняя обойма. 5.

5
Последняя обойма разрывных…
Последний для себя, коль карта бита.
Наш старый мир исчез, как Атлантида –
Чёрт с ним.
Сомкнутся волны трав. Утихнут битвы.
Останутся лишь песни и молитвы,
И в них
Упоминания имён и позывных,
И наша память, как кариатида –
Опора человеческого вида,
Их сохранит.



Донбасский имажинэр. Последняя обойма. 4.

4
Последняя обойма разрывных…
Прошу тебя, пиши мне, если сможешь,
Знай, для меня, нет ничего дороже
Связавшей нас мечты,
И русской неожиданной весны.
Здесь на войне, я ощущаю кожей
И смерть, и жизнь!
Здесь каждое мгновение – возможность,
И говоря быть может,
Мы понимаем: может и не быть.