Архив метки: 2018



На нашей взлётке

***
Что там на взлётке?
Средь сора и пыли
Ноют осколки,
Пробившие крылья.

Что там на взлётке?
Раны не спрятать,
Их миномёт нам
Оставил на память.

Что там на взлётке?
Стрекозы игривы,
Кашка цветёт,
Прорастает крапива.

Где самолёты,
Что мчат нас к любимым?
Тихо на взлётке.
Воронки от взрывов

В небо глазницы
Усталые пялят.
Птицы из стали
Здесь не летают.

2018



Все повторится

Какая печаль настигает меня
Средь праздничных красок осеннего дня,
Как будто со мною желают проститься
Цветы и туманы, деревья и птицы,
Как будто я тоже пришла попрощаться,
Чтоб снова начаться. Весною начаться.
Прости, но нам тоже придется простится.
Но жизнь будет длится.
И все повторится.
2018



Астры

Бирюзовые туманы
И осенняя прохлада.
Астры тихо и печально
Догорают в сердце сада.
И благоговейный ужас
У последнего предела.
Где тот сад? Внутри? Снаружи?
Увядающего тела?

2018



Вечер

Облака как будто карпы
В закатной заводи небес,
Вальяжно движутся над парком
В страну чудес.

Они расскажут что видали
Здесь на земле.
Под ними люди проплывали
В вечерней мгле.

2018



Бумеранг

Роману Хавронскому

Дорога внизу как бумеранг.
Мы на 10 этаже в Крылатском.
Хавр затягивается сигаретой
и дым,
будто карп
Уплывает в пространство.

Дорога всегда возвращается к моим ногам.
Поэт — это вечный кочевник и первопроходец.
А может махнуть
вслед за карпом,
по облакам, за грань
горизонта,
Туда, где солнце заходит.

2018



Молчание

Дорогой Оле Старушко

Когда наступает горе — речь иссякает.
Пересыхает русло гортани.
И сердце, что раньше любовь источало,
Вдруг умолкает.

И понимаешь, как слова неуклюжи
Перед ликом людских трагедий.
Они как рыбы трепещут в луже,
В которой порой отражается небо,

Бьют плавниками, вздымают жемчужные брызги,
Беззвучно рты свои разевают.
Стихи, молитвы, песни и даже мысли…
И те исчезают.

И ничего не исправить. Уже ничего не исправить.
Боль сильна. Бесконечна и беспредельна.
Сейчас наступит безмолвие. Тишина и память.
Но заучит мамин голос над твоей колыбелью.

Он живой. Он родной. Он чистый и честный.
Он честнее поэзий, молитв и песен.
Как родник, что струится из сердца в сердце.
И он не исчезнет. Он никогда не исчезнет.



Ангельская трель

Наша липа — облако по среди двора,
Золотое облако светится с утра.
Облако наполнено щебетами птиц,
Я слушаю из комнаты утренний каприс.
Только мне тревожно,
Что среди ветвей,
Словно ангел божий
Плачет соловей.
Обо мне ли плачет?
Тебя ль, душа зовёт?
Или же чудачит:
Просто так поёт?



Прыжок из киспендента в трансцендент

Прыжок из киспендента в трансцендент:
Натерты пальцы от пуантов,
И наше па-де-де анданте –
Один момент
Сияния и правды,
Которого уж нет,
Как нет вчера и нету завтра.

Но если хочешь,
Можешь посмотреть
На этот миг, вуайерист-читатель.

Прильни к замочной скважине стиха.
Зрачком голодным дотянись и впейся!
Ты ощутишь живое тело текста,
Его дыхание…
Дешевый хайп
Писать о том, как мы бываем вместе.
Ну что ж, пусть будет так.

Ведь как иначе мне запечатлеть
Всю красоту жемчужины момента:
Прыжок из киспендента в трансцендент?
Ты серфишь по Фб,
Листаешь ленту:
«Есть только текст. А автор где?»
«Исчез».
«А может быть убило под Донецком».

Прыжок из киспендента в трансцендент.
Я слушаю, как бьется твое сердце.

«Нет. Сбил прицел. И автор цел».
«Когда кончает, то кончает текстом».

Я на твоей груди молчать хочу
В едином ритме систол и диастол,
Когда не властны время и пространство,
Почти без чувств.

След поцелуя.
Ирисовый цвет.
В излучинах ключиц
Оставят губы
И я не знаю, любишь или нет,
Наверное, не любишь.

Любишь, любишь…
Доносит окончание строки
Раскатистое эхо Херсонеса
И чайки разрывают на куски
Соленое как море тело текста,
Слоенное как небо тесто текста.

А после будет тишина и свет.
Язык мой – кит, что выброшен на берег.
Прыжок из киспендента в трансцендент.
Где сон, где явь – никак нельзя проверить.



Я знаю

Я знаю, ты меня зовешь, зовешь, зовешь,
И голос твой, в котором боль и дрожь,
Легко перекрывает голос ветра,
И чертов дождь, и страх и ложь,
Я знаю, ждешь, ты ждешь ответа,
А у меня, увы, ответов нет,
И тишина внутри, а не снаружи,
Но если ухо приложить к груди,
Шум океана слышен, как в ракушке
И ночь горит жемчужинами рифм,
Кто виноват?… Да как обычно Пушкин!
Прости меня, что эта тишина
Всего желанней и всего дороже,
И ты один.
И я одна.
И целый мир бушующий под кожей.



Дым и ночь

Ее позывной Ночь.
Его позывной Дым.
Будет у них дочь?
Будет у них сын?
Будет, но только не здесь.
Будет, но не сейчас.
Заводит маэстро Смерть
Свой ураганный вальс.
А значит, любить другим,
И эту весну встречать.
Милый, ты тоже любим.
Тихо горит свеча
И я о тебе молюсь
В этот нелегкий час.
Но видно заснул серафим,
И некому мне помочь.
Молитва как белый дым
Уходит в глухую ночь.