Архив метки: гражданская война



Видеопоэзия «Черный хлеб»

Друзья мои, долгожданная премьера!
Стихи – Елена Заславская. Видео – Алевтина Легешчич. Текст читает Юлия Рябко.



Границы

***
Нас разделяют границы.
Линия фронта. Линия жизни.
Мы будем друг другу сниться,
Это все что осталось, ты слышишь?

Я ничего не забыла…
Но снова в который раз,
Обрывается связь мобильная,
Остается сердечная связь,

Ни прощения, ни отмщения,
Только боль распинает грудь,
Не осталось путей сообщения,
Только млечный путь.

И по звездам, что в небе светятся,
Через взорванные мосты,
Я лечу к тебе, чтобы встретиться,
У взятой тобой высоты.



Шевченко мобилизует

Пока в Киеве стараниями агитпропа Шевченко призывает на войну, в Луганске преподаватели и студенты возлагают к памятнику цветы.

И по теме читать отличную статью Андрея Манчука  на Лівой
10408763_734338360012954_688773823783379416_n



Они хотят высокотехнологическое оружие

Пока мои френды рассказывают об антивоенном проекте в питерском метро, киевская интеллигенция в своих колонках просит мир о высокотехнологическом оружии.

«Бо ціна питання – велика, величезна. Це шанс на стрибок у нормальність і розвиток. Адже тому, кому довіряють зброю, обов’язково довірять і інвестиції, і кредити, і технології».

Да, без выскотехнологического оружия они все больше попадали не по «оккупантам», а по школам, садикам и больницам Донбасса.  Боюсь, с высокотехнологическим оружием будет та же песня.

Кликуши,  разжигающие эту войну, когда же вы заткнетесь? А я знаю! Когда наша армия возьмет Киев.



О Саше Володарском и Севе Петровском

Саша Володарский (shiitman), известный тем, что тряс мудями перед ВР Украины против Нацкомиссии по контролю за общественной моралью и фекальными художествами против цензуры разразился программной статьей о своем погибшем знакомом Всеволоде Петровском.

В статье Володарский знакомит нас с какими-то архивами сливов Боротьбы, собственными предположениями и записями ВК, все с одной целью доказать, что

«Так вот, “наивный идеалист Всеволод Петровский” был политработником и агитатором. А это значит, что он призывал в “ополчение” и подставлял под обстрелы в том числе и детей. Возможно, что снаряд выпущенный украинскими артиллеристами, сохранит жизни нескольким восторженным подросткам. Теперь они не услышат лживую смесь из псевдо-левой риторики и “донбасского патриотизма”, которой Всеволод Петровский потчевал свою аудиторию, и не пойдут на убой».

Удвителен мир. И как жаль, что Саша не понимает таких простых прозрачных вещей. Всеволод Петровский может быть и был политработником и агитатором, но умер он как солдат и поэт за свои идеалы простым бойцом отряда «Призрак».

А призывая украинские снаряды на землю Донбасса, следует помнить, Саша, что будет ответка. Может не сразу, но будет.

И еще, я тебя, конечно, уважаю, Александр Володарский, за то что ты не сдал «подругу», когда менты тебя за жопу взяли, но честное слово, какое лицемерие и мерзость эта твоя «забота» о детях Донбасса.



Когда Родины нет

Пару строк еще об одной встрече. Сегодня встретила старого приятеля. Огромный, этакий бонвиван, душил меня в объятиях.
Разговорились об общем знакомом укропе, слинявшем от войны в ближнее зарубежье.
— Я с ним ругаюсь.
— А я нет, он меня к себе зовет, говорит, что ему там хорошо.
— Что за бред, как может быть хорошо на чужбине. Так не бывает.
— Бывает, когда Родины нет.

Когда Родины нет. Золотые слова.



Словом и хлебом

Алексей Полубота о поездке в Луганск:

В том, какая мощная обработка мозгов населения идёт на Украине, я в очередной раз убедился по крохотной заметке, напечатанной в «Литературной украинской газете». Речь в ней идёт о литературно-гуманитарной акции «Русские писатели – русскому Луганску», организованной «Свободной прессой» при участии Союза писателей России, Евразийского союза молодёжи и КПРФ. Стиль заметки выдержан в лучших традициях обвинительных приговоров 37-го года. Украинские «письменники» обвиняют русских писателей в «особливом цинізме» за то, что те приехали поддержать творческую интеллигенцию Луганска не только словом, но и хлебом насущным – гуманитарной помощью.
Явное подтверждение торжествующих в Киеве демократических западных ценностей. И всё же эта заметка лично меня лишний раз убедила, что наша акция не прошла даром.

Читайте далее: http://www.svpressa.ru/society/article/110260/



Je suis Donbass

Сегодня прочитала у художника и писателя Максима Кантора, что «карикатуры Шарли – смешные и хорошие».
Может быть, но как по мне, большей частью они слишком грубые и не смешные. Я не знаток этого жанра, есть дома у меня пара томов Херлуфа Бидструпа и Жана Эффелея, бабушка выписывала «Перец» и «Крокодил», но ни одного номера у меня не сохранилось.
Издание Израиль 24 сделало подборку карикатур Еженедельника Чарли «За что убили художников?». Конечно, карикатуристы не заслужили смерти, и может быть раньше я бы и написала «Je suis Charlie», но сейчас «Je suis Donbass».
По сведениям ООН в день на Донбассе погибает в среднем около девяти человек. А потрошитель Порошенко продолжает улыбаться и твердить «Я – Шарли».



Шьем и вяжем во имя войны

Слово «война» для людей живущих в Луганске/Донецке и людей живущих за пределами зоны боевых действий (как меня справедливо поправили — не для всех людей) наполнено разным содержанием. Иногда это содержание принимает причудливые формы.

Фото "Вязаная "елка" в Одессе (Думская.net) Больше читайте здесь: http://ru.tsn.ua/foto/v-odesse-ustanovili-vyazanuyu-elku-kotoruyu-posle-novogo-goda-raspustyat-na-kurtki-dlya-boycov-ato-403009.html
Фото «Вязаная  елка» в Одессе (Думская.net)

Так, в Одессе зажгли вязаную елку, которую после праздников распустят на куртки бойцам АТО.

 

 

 

 

А это костюм «Невеста войны»  для украинской конкурсантки «Мисс Вселенная-2014» в Майами.

Фото с сайта www.segodnya.ua
Фото с сайта www.segodnya.ua


Луганск: ошибка культурного резидента

Весной этого года, когда я записывала стихи для Радио Свобода о Луганске, ведущий программы поэт Игорь Померанцев предложил мне сделать заметки о варваризации жизни в городе. Я отказалась. В эфир пошли только стихи. Спрос рождает предложение и статья о луганском мордоре таки появилась на сайте eurozine.com и называлась она «Луганск: опыт неудавшейся культурной революции». Ее автор луганчанин Константин Скоркин. Он пишет о себе и своих коллегах по несчастью, таких же революционерах-неудачниках, вынужденных покинуть Луганск: «…за этот год мы потеряли наш родной город, наши дома, превратились в эмигрантов в своей собственной стране….»Мы» — это луганские активисты, художники, журналисты, писатели. Многие из нас большую часть своей жизни потратили на культурные преобразования в родном городе».

Следует отметить, что эмигранты они добровольные, а вернуться в город не могут не потому что культурно преобразовывали город, а потому что во всю участвовали в политической деятельности, разжигали гражданскую войну, призывая к победоносной АТО и зачисткам.

Один из таких поэтов-активистов очень обиделся, когда я назвала его доносчиком и на полном серьезе утверждал, что он не доносил, а сотрудничал. При этом еще подробно рассказал, как сотрудничал и с кем, среди прочего упомянув сайт с красноречивым названием Информатор, после публикаций статей на котором ВСУ могли точечно наносить удары по позициям ополчения.

Мне в руки попал интересный документ, созданный 8-го апреля 2014 года «Варианты реакции луганского подполья на сепаратизм». Очевидно, что костяк луганского подполья составляли «активисты проевропейского направления». Там среди прочего есть и такой вариант реакции: «Пройти вечерком вокруг периметра (возле СБУ, где тогда собирались противники Майдана), с сумкой, из которой будет сочиться горючая смесь. Поджечь.» До трагедии в доме профсоюзов в Одессе тогда оставалось 25 дней, а это желание поджечь уже носилось в воздухе.

А потом началась война.

И она изуродовала мой город. По данным луганского МЧС за время боевых действий было убито 878 человек, из них 13 детей, более 3000 человек получили ранения. Уничтожено около 7000 тысяч зданий и учреждений среди которых- жилые дома, школы, садики, больницы, библиотеки, музеи и храмы.

Во время артиллерийских обстрелов Луганска, когда не было света, воды и связи, актеры кукольного театра давали представления на улице, актеры русского театра жили в своем театре, сотрудники музея культуры Луганска успели эвакуировать коллекцию за час до того как снаряд попал в здание, художники посещали мастерские в колледже культуры и писали картины, сотрудники областной библиотеки сами заделывали стены после обстрела. Все эти люди — герои.

Сейчас в городе работают практически все учреждения культуры — филармония дает концерты, в театрах русском, украинском и кукольном идут представления, работают библиотеки и музеи, открываются выставки, студенты учатся в луганских вузах, в том числе и в вузах культуры. Создан даже союз писателей Новороссии. Одним словом — художники пишут, певцы поют, актеры играют и только во вселенной Константина Скоркина «город растерял свой культурный потенциал».

«По сути дела, в Луганске произошел насильственный срыв европеизации.» — пишет активист-автор. К сожалению, о европеизации теперь у нас разные представления. Для меня это — возобновление работы Лицея иностранных языков, концерт органной музыки Баха в нашей филармонии, спектакль в русском драмтеатре по пьесе современного львовского драматурга Павла Арье, концерт оперной классики на языках оригиналов в стенах Луганской академии культуры имени Матусовского. И безусловно, это прекрасные проекты современного искусства, упомянутые Скоркиным (разгерметизация музейного универсума, город-словарь, 10-й цех) участники и организаторы которых стали вынужденными эмигрантами. Но нельзя же сводить всю культурную жизнь города к трем проектам. При таком подходе невозможно стать не то что властителями дум семимиллионного региона, невозможно даже знать и понимать, чем живут эти семь миллионов и что им нужно. И как следствие такого непонимания «Культурный слой, оказавшийся слишком тонким, был смят консервативной частью общества, поощряемой местной элитой и прямым влиянием России.»

К слову, активист-археолог Алексей Бритюк, наверняка знает что означает выражение «культурный слой» в буквальном его значении — по сути это мусор, продукт жизнедеятельности людей.

Так что бойцам культурного фронта предстоит много дел: нам, ватникам, придется наращивать новый культурный слой, а вам, познавшим «опыт неудавшейся культурной революции» — делать работу над ошибками. Ведь не зря же говорил классик, что опыт — сын ошибок трудных.