POEMARIO: poemas de Guerra

Подборка моих стихотворений «Poemas de Guerra» на испанском языке в переводах Irina Riot — Irene Zugasti Hervás. 

Una selección de mis poemas en español en traducciones Irina Riot — Irene Zugasti Hervás.

Elena Zaslavsky (Lisichanks, 1977) es poeta, periodista y figura pública. Actualmente vive en Lugansk. Ha escrito cuatro libros de poesía, es articulista en varios medios y editora de un periódico en Lugansk para la Academia Estatal de la Cultura y las Artes. Su nombre ya figura en la Antología  «15 siglos de poesía rusa», que se publicó en Moscú .

POEMARIO

Poemas de Guerra Читать полностью

У меня «Любовь в ритме танго»

Получила подарок из Испании. Книга и объятие! Прекрасный подарок от друга. И я надеюсь, в скором времени перевод стихов на испанский.

12650464_975745755826617_1931242598_n

Nuestros campos silvestres

Elena Zaslavsky. Traduccion Irene Zugasti Hervás

03/23/2015

Nuestros campos de amapolas silvestres, del color de la pluma,
Y las trincheras como cinta negra,
Y el cuerpo del soldado que se convierte en un nuevo valor,
Se convirtió en un héroe. A título póstumo.

Nuestros campos de quínoa silvestre y de ajenjo,
exuberantes, cortando el viento,
Plantamos una cruz al lado de los hoyos
Y tenemos nuevas leyendas.

En nuestros campos silvestres de grises cenizas,
con ramos de negros tallos,
Junto a nosotros, aquí, yacen nuestros enemigos,
En nuestra tierra de estepa, en el Donbass.

Nuestros campos de amapolas silvestres, pero del color de la pluma,
Y trincheras como cinta negra
Y somos todos uno, aquel que dio su vida
Para alcanzar nuestros estándares de Victoria.

В наших диких полях

23.03.2015

В наших диких полях маков цвет да ковыль,
И окопы змеятся, как черные ленты,
И врастает солдат телом в новую быль,
Стал героем. Посмертно.

В наших диких полях лебеда да полынь,
Буйны головы, буйные ветры,
Мы с курганами рядом поставим кресты,
И мы новые сложим легенды.

В наших диких полях, что седы от золы,
Почернели бессмертников стебли,
Вместе с  нами здесь лягут и наши враги,
В наши степи, в  донбасскую землю.

В наших диких полях маков цвет да ковыль,
И окопы змеятся, как черные ленты,
И мы все как один жизнь свою отдадим,
Чтобы ввысь вознеслось наше  знамя Победы!

Y la guerra repartió nombres.

Elena Zaslavsky. Traduccion Irene Zugasti Hervás

08/24/2014

Y comenzó la guerra
A repartir los nombres
De los Héroes.
Y a la Patria…
La hicieron callar
De pena.

El anillo se cayó
En la plumosa hierba
Del campo.

— ¿Cómo llamarte, engrandecerte,
Cómo quieres que te recuerden,
Guerrero?

— Hay muchos nombres brillantes:
Pero se queman en el fuego de la guerra
Muchos nombres,
Pero a cada punto
Hay sangre.

Mamá y papá nos dieron
Muchos nombres famosos.
Entre ellos están los míos.
 Si recuerdas cómo te llamas.

Стала Война раздавать имена

24.08.2014

И стала Война
Раздавать имена
Героям.

А Родина-Мать…
Ей пришлось замолчать
От горя.

Он пал, безымян,
В ковыль да бурьян
В поле.

– Как тя звать-величать,
Как тебя поминать,
Воин?

– Много светлых имен
Опалимы огнем
Войн.

Много чистых имен,
Но на каждом пятно
Крови.

Много славных имен
Мамы, папы нам дали.
Среди них и мое.
Поминайте как звали.

Fronteras

Elena Zaslavsky. Traduccion Irene Zugasti Hervás

7.7.14

Compartimos una frontera.
La línea del frente. La línea de la vida.
Soñamos con la otra,
Esto es todo lo que nos queda ahora.

 Yo no olvido…
Pero una vez más — una vez más —
La comunicación se corta en el móvil,
Queda por conexión el corazón.

Ni el perdón, ni la venganza,
Sólo el dolor crucifica su pecho,
Ya nada queda de la vía del tren,
Sólo queda la Vía Láctea.

Y las estrellas que brillan en el cielo,
Tras los puentes reventados,
Vuelo hacia ti para saber
Que has llegado alto.

Границы

7.07.14

 Нас разделяют границы. 
Линия фронта. Линия жизни. 
Мы будем друг другу сниться, 
Это все, что осталось нам ныне.

Я ничего не забыла…
Но снова – в который раз –
Обрывается связь мобильная,
Остается сердечная связь. 

Ни прощения, ни отмщения, 
Только боль распинает грудь,
Не осталось путей сообщения,
Только Млечный Путь.

И по звездам, что в небе светятся, 
Через взорванные мосты 
Я лечу к тебе, чтобы встретиться
У взятой тобой высоты. 

Estos rusos

Elena Zaslavsky. Traduccion Irene Zugasti Hervás

3.6.2014

Estos chicos rusos no cambian:
Guerra, revolución, «ruleta rusa».
Morir es no llegar a viejo
En los siglos XIX, XX,
en el siglo XXI.

A estas chicas rusas no les cambian:
Esposa decembrista, enfermera.
Amar y guardar,
Mientras su corazón revolotea en el pecho,
En los siglos XIX, XX,
en el siglo XXI.

Tú eres mi niño ruso:
La guerra, la milicia,  morir por tu país.
Nada cambia,
Nada cambia.
Los demonios saltan,
Y los ángeles están esperando en el umbral de la eternidad.
 
Soy tu chica rusa:
La Cruz Roja, un vendaje blanco, alcohol puro.
te protegeré
de lo inhumano
con mis plegarias.

Y llega la primavera, brotan los manzanos,
Cantan sobre la vida y desprecian las cenizas,
Y así, ellas, -ortodoxas,
rusas,-  tras la oración, alzan sus rodillas.

Эти русские

03.06.2014

Эти русские мальчики не меняются:
Война, революция, «русская рулетка».
Умереть, пока не успел состариться,
В девятнадцатом, двадцатом,
Двадцать первом веке.

Эти русские девочки не меняются:
Жена декабриста, сестра милосердия. 
Любить и спасать,
Пока сердце в груди трепыхается,
В девятнадцатом, двадцатом,
Двадцать первом веке.

Ты же мой русский мальчик:
Война, ополчение, умереть за Отечество.
Ничего не меняется, 
Ничего не меняется. 
Бесы скачут, 
А ангелы ждут на пороге вечности. 

Я твоя русская девочка:
Красный крест, белый бинт, чистый спирт.
В мясорубке расчеловечивания
Будет щит тебе 
Из моих молитв. 

А весна наступает. Цветущие яблони
Поют о жизни, презревшей тлен,
Так, будто они — православные, 
Русские и после молитвы встают с колен.

En la barricada principal

Elena Zaslavsky. Traduccion Irene Zugasti Hervás

5.8.2014

En la barricada principal
en el blanco Balaklava
Mira su muerte.
Y ella, que se había vestido toda
de rojo sangre como el carmín,
Le dijo: «Ven a mí.
Como te amo, te amaré,
Te besaré, seré clemente,
te sacaré de aquí,
Y olvidarás tu nombre.
te llevaré a mi cama cojeando,
mi cama cubierta de rosas,
te acostaré en ella,
Y te olvidarás de todos «.

Pero hasta entonces, él es mi soldado,
el que apunta al enemigo.
Hay muerte en sus ojos,
A la luz de sus pupilas dilatadas.

*Balaklava es un río en Crimea. Pero paradójicamente, también significa Pasamontañas.

На главной баррикаде

08.05.2014

На главной баррикаде
В белой балаклаве
Он глядит на Смерть.
А она-то вся при параде,
Рот в крови, как в помаде,
Говорит ему: «Иди ко мне.
Как же я тебя любить буду,
Целовать буду, миловать буду,
Уведу тебя я отсюда,
И как звать тебя, позабудут.
А постель моя в ковылях,
А постель моя вся в росе,
Уложу на нее я тебя,
Позабудешь и ты обо всех».

Но пока стоит мой солдат,
Хоть и взят врагом на прицел.
Он со Смертью глаза в глаза,
И в расширенных зрачках его свет.

Pan negro

Elena Zaslavsky. Traduccion Irene Zugasti Hervás

Durante mucho tiempo no hubo problemas. Mucho.
Durante mucho tiempo no hubo guerra. Mucho.

Los niños tuvieron tiempo de crecer,
los nietos tuvieron tiempo de crecer.
Los bisnietos no han tenido tiempo, aún.

Y el hijo dijo: «Me marcho. Lo siento».
Y el nieto dijo: «Yo también. Déjame ir «.
Y los bisnietos ya estaban crecidos.

Y de nuevo fluía la sangre caliente.
Y la patria se desgarra.
Y se tornaron hermano contra hermano, uno contra otro,

Y manaba leche negra de los senos.
Y la sangre era negra en los corazones,
Como la antracita, nuestro carbón de Krasnodon.

El último estrato. Desde las entrañas inaccesibles.
Arriba del mismo infierno.
La Historia quiere cambios
Y fría, fría, fría piedra negra de molino.

Nos convertimos en el pan negro de la guerra,
Nosotros, que éramos dorado grano.

Черный хлеб

03.05.2014

Долго не было беды. Долго.
Долго не было войны. Долго.

Успели дети подрасти.
Успели внуки подрасти.
А правнуки пока что не успели.

И сын сказал: «Я ухожу. Прости».
И внук сказал: «Я тоже. Отпусти».
И правнуки заметно повзрослели.

И снова кровь горячая лилась.
И Родина кроилась и рвалась.
И брат на брата шел, а друг на друга.

И стало черным молоко в сосцах.
И стала черной кровь в людских сердцах,
Как антрацит, наш краснодонский уголь.

Последний пласт. Из недоступных недр.
Наверх. Из самой преисподней.
История желает перемен
И крутит, крутит, крутит черный жернов.

Мы стали черным хлебом на войне,
А были… были золотые зерна.