Знаки

Мне не хватает твоих писем,
кратких весточек о том, о сем, 
хоть я понимаю, как ты независим
от таких пустяков…
А в нашей республике случился апрель,
Камброд утопает в цветущих вишнях,
И на линии горизонта небесную твердь
Как железные атланты подпирают высоковольтные вышки.

Сейчас не слышно ночных канонад,
Но когда шумят грозовые тучи
Вздрагиваю: неужели опять бомбят?
А это весенний и первый гром, как у Тютчева.
Гляжу, а стрижи расселись на проводах
И мне кажется, будто это ты мне пишешь:
«Во первых строках своего письма…»
И вдруг они уносятся все выше и выше…

2019

Настя, приезжай. Поэтические этюды

*

Эта история не про любовь, хотя есть в ней и  любовь, и не про войну, хотя есть и война, и не про расставание,  хотя и этого предостаточно. Всё-таки эта история о том, что объединяет людей, несмотря на расстояния,  время, границы,  войны, конфликты, страхи – она о счастье творить и видеть красоту. Это очень личная история про мою дорогую Настю.

 Луганск, 2014 год

 *

В сентябре 2014 года я вернулась в Луганск. Как только появилась первая возможность приехать. Дом мой был изуродован после артналёта. В квартире валялись осколки  снарядов  и стёкла разбитых окон. И хотя город отстояли, со дня на день ожидался новый штурм.  Целые районы ещё долго оставались без электричества и воды. Предприятия не работали. Еду выдавали по талонам. 

Я приехала сама.  Папа мой был на фронте. Мама осталась в Лисичанске вместе со старшим сыном. Дочка моя была со своим отцом и его новой семьёй. 

Осень. Одиночество. Война. Но несмотря ни на что, я осталась в этом городе.

Настя, приезжай!

Дорогая Настя,
Если бы ты только приехала в этот город и увидела его!
Он как птица с перебитыми крыльями.
Он как самолёт в крутом пике.
Он как человек с распахнутой снарядом грудью.
И в горле становится ком,
И мысли путаются,
И в глазах солёное море.
Но я всё равно тебе пишу,
Чтобы ты хоть на миг увидела его лицо,
Постаревшее за одно лето войны
На много лет.
Дороги изрыты воронками.
Провода висят, как оборванные струны.
В стенах домов пробоины.
Открытые раны –
Пространственно-временные проломы
В прошлое, в мирное время.
Во время, когда
Мы были счастливы,
Мы были вместе,
Мы были…
Помнишь, как мы катались на велике,
Обгоняли маршрутки,
А люди махали нам из окон?
Помнишь, как мы писали картины,
И писали стихи,
И писали признания?
Ты написала на моей двери:
Дай сердцу волю –
Заведёт в неволю.
Моё сердце блуждало.
Моё сердце блудило.
Моё сердце заблудилось.
И никак не вернётся домой.
В моём доме без стёкол холодно,
Зато звёзды заглядывают прямо в квартиру,
Попить чайку со сгущёнкой.
Кошки возле домов сбились в стаи,
Вороны в парках кричат так,
Что слышно за километр.
Собаки-бродяги
Не боятся людей,
А как и люди боятся обстрелов.
Свечки и спички стоят дорого.
Мясо стоит дорого.
Молоко стоит дорого.
Но есть вещи совсем бесценные.
Люди говорят друг другу: «Здравствуйте!»
И это приветствие обретает старый смысл,
Давно утерянный и затёртый.
Я знаю, что если я сегодня не отправлю тебе письмо,
Завтра может не быть света,
А может и меня не быть,
Но засыпаю я всё равно счастливой.
И только по утрам мне все ещё хочется плакать.
Настя, приезжай!

*

Это стихотворение опубликовано в моем поэтическом сборнике «Год войны». Команда из Брянска, Вика Волкова и музыкант Алексей Космический, положили это стихотворение на музыку. Вика читает его, а Алексей играет на тональном лепестковом барабане со смешным названием глюкофон. Получилось красиво. Вот только  финал стихотворения музыканты заменили  на противоположный: «Настя, не приезжай»!

А она и правда так и не приехала. Читать полностью

Воздушный поцелуй

И мне подумалось, а вдруг…
Тебя я больше не увижу наяву.
Вон облака плывут к тебе в Москву,
И дождь ласкает первую листву,
А я тебя зову, зову, зову,
Но лишь во сне. Ни слова вслух!
А вдруг…
Тебя я не увижу никогда!
И схлынет сон, как талая вода,
Над садом повисают облака
И вскоре исчезают навсегда.
Да! Навсегда!
А вдруг…
Сорвётся поцелуй воздушный с губ,
Невинно твоего коснётся лба:
Забудь меня! Навек меня забудь!

А ты смахнёшь его небрежно как всегда,
Как невесомый тополиный пух.

Поэзия

Любовь моя, весна моя,
Мне тесно в этом теле!
Прости меня и отпусти меня,
Я на приделе!
Послушная дыханью твоему,
Незримому Зефиру,
Я воспарю
Над миром.
И если кто окрикнет, позовёт —
Не оглянусь отныне…
Но пёс мой верный ждёт
И кофе в кружке стынет.
2020 г.

Жасмин

О чем скажи теперь мне песни петь?
О том, что сердце разрывает сеть,
О том , что звезды падают с куста
И с чистого пора начать листа?
О том что я теперь, одна, а ты один
И тихо осыпается жасмин.
2020 г.

Не будет слов высокопарных

***
Не будет слов высокопарных,
Рыданий, всхлипов на груди,
Я только взглядом на прощанье
Скажу: «Господь тебя храни»,
Я только взглядом расцелую,
До поворота провожу.
От непролитых слез вслепую
Бреду. Пути не нахожу.
Но в этой муке расставания,
На память, в утешенье дан
Мне образ твой, живой и явный,
Как самый драгоценный дар.

2020

Бумажный самолёт из огненного Донбасса

Так мало преподносит нам война светлых подарков. Война щедра на горести и разлуку, она шлёт нам из своего огненного вихря жуткие сгустки смерти – осколки с рваными краями. Вот один – прикоснись к нему, возьми в ладонь… Ты чувствуешь? Это лежит на твоей ладони чья-то смерть. Но, слава Богу, осколок этот не испил крови, не исполнил своего предназначения.

Сквозь огненный вихрь прорываются, порою, не только осколки. Вот, покружив, спускается легкое невесомое чудо – крохотный бумажный самолёт. Чья рука его пустила из Донбасса? Чья рука уберегла от огненного дыхания?

Сквозь обожжённые складки просматриваются буквы, слова, читаются строки и строфы.

Что если самолёт не долетит?

Что если упадёт листком тетрадки?

И тайна превратится в алфавит,

В застывшую гармонию порядка.

«Бумажный самолёт» – так назвала свою книгу стихотворений поэт фронтового донбасского Луганска Елена Заславская. Созданная среди войны книга, тем не менее, не посвящена военным событиям в Донбассе, автор намеренно увела читателя от этой трагичной реальности. И даже характеристика, поставленная Еленой Заславской на титульном листе: «Светлая лирика», также призвана увести от излишней перегруженности военной тематикой. И это легко объясняется – война в Донбассе длится уже пять лет, дольше, чем Великая Отечественная. Конечно же, общество – прежде всего в Донбассе – устало от этого. Устало от неопределенности «бесконечной войны». Читать полностью

На рассвете

А я проснулась на рассвете дня
И алая заря уже всходила,
И ты так нежно обнимал меня,
Что захотелось прошептать: «Любимый,
Держи меня!
Не отпускай меня!»
Какая сила нас соединила?
Какая сила разлучает вновь?
Аэропорты. Пристани. Вокзалы.
«Держи меня!
Не отпускай, родной»
Так я сказать хотела, но молчала.
Да, я боялась этот миг спугнуть,
Исполненный и счастья и печали.
Помедли день, помедли хоть чуть-чуть.
И мы не размыкая рук лежали.

Без следа

Ты сказал: мы знакомы давно.
Ты сказал: мы знакомы всегда.
Потому под стихом
Я не ставлю дат,
Не оставляю зацепок, намеков, примет.
Вперёд, читатель, спеши! Исследуй!
Будто ищейка бери мой след
И за глаголом тяжелым следуй,
За рифмой воздушной, слетевшей с уст,
Рождённой в сутолоке вокзальной,
За огнём блуждающим моих чувств,
Невысказанных и несказанных,
Запечатлённых одним стихом.
Стоп-кран. Стоп-кадр. Фотовспышка мига.
Прощальный гудок. Опустевший перрон.
И тихо-тихо.

В точке Соприкосновения

Скитаешься по разным городам,
Ночуешь в мотелях и съемных квартирах,
Все твои вещи вмещается в один рюкзак,
Все твои расписания живут в мобильном.

Мы пересекаемся в точке С,
В маленькой комнате, в спальном районе.
Напиши поцелуями на моем лице
Имя Бога, известное лишь влюблённым.

Я не знаю, когда мы увидимся в следующий раз,
Как срифмуем время и траекторию,
Но когда я отражаюсь в твоих глазах
Я знаю, что создана по Его подобию.

И я знаю – мне простятся мои грехи
И я знаю – тебе твои тоже простятся.
И так хочется сказать, пожалуйста, не уходи.
Но как обычно пора прощаться.