Поэзия

Любовь моя, весна моя,
Мне тесно в этом теле!
Прости меня и отпусти меня,
Я на приделе!
Послушная дыханью твоему,
Незримому Зефиру,
Я воспарю
Над миром.
И если кто окрикнет, позовёт —
Не оглянусь отныне…
Но пёс мой верный ждёт
И кофе в кружке стынет.
2020 г.

Жасмин

О чем скажи теперь мне песни петь?
О том, что сердце разрывает сеть,
О том , что звезды падают с куста
И с чистого пора начать листа?
О том что я теперь, одна, а ты один
И тихо осыпается жасмин.
2020 г.

Не будет слов высокопарных

***
Не будет слов высокопарных,
Рыданий, всхлипов на груди,
Я только взглядом на прощанье
Скажу: «Господь тебя храни»,
Я только взглядом расцелую,
До поворота провожу.
От непролитых слез вслепую
Бреду. Пути не нахожу.
Но в этой муке расставания,
На память, в утешенье дан
Мне образ твой, живой и явный,
Как самый драгоценный дар.

2020

Бумажный самолёт из огненного Донбасса

Так мало преподносит нам война светлых подарков. Война щедра на горести и разлуку, она шлёт нам из своего огненного вихря жуткие сгустки смерти – осколки с рваными краями. Вот один – прикоснись к нему, возьми в ладонь… Ты чувствуешь? Это лежит на твоей ладони чья-то смерть. Но, слава Богу, осколок этот не испил крови, не исполнил своего предназначения.

Сквозь огненный вихрь прорываются, порою, не только осколки. Вот, покружив, спускается легкое невесомое чудо – крохотный бумажный самолёт. Чья рука его пустила из Донбасса? Чья рука уберегла от огненного дыхания?

Сквозь обожжённые складки просматриваются буквы, слова, читаются строки и строфы.

Что если самолёт не долетит?

Что если упадёт листком тетрадки?

И тайна превратится в алфавит,

В застывшую гармонию порядка.

«Бумажный самолёт» – так назвала свою книгу стихотворений поэт фронтового донбасского Луганска Елена Заславская. Созданная среди войны книга, тем не менее, не посвящена военным событиям в Донбассе, автор намеренно увела читателя от этой трагичной реальности. И даже характеристика, поставленная Еленой Заславской на титульном листе: «Светлая лирика», также призвана увести от излишней перегруженности военной тематикой. И это легко объясняется – война в Донбассе длится уже пять лет, дольше, чем Великая Отечественная. Конечно же, общество – прежде всего в Донбассе – устало от этого. Устало от неопределенности «бесконечной войны». Читать полностью

На рассвете

А я проснулась на рассвете дня
И алая заря уже всходила,
И ты так нежно обнимал меня,
Что захотелось прошептать: «Любимый,
Держи меня!
Не отпускай меня!»
Какая сила нас соединила?
Какая сила разлучает вновь?
Аэропорты. Пристани. Вокзалы.
«Держи меня!
Не отпускай, родной»
Так я сказать хотела, но молчала.
Да, я боялась этот миг спугнуть,
Исполненный и счастья и печали.
Помедли день, помедли хоть чуть-чуть.
И мы не размыкая рук лежали.

Без следа

Ты сказал: мы знакомы давно.
Ты сказал: мы знакомы всегда.
Потому под стихом
Я не ставлю дат,
Не оставляю зацепок, намеков, примет.
Вперёд, читатель, спеши! Исследуй!
Будто ищейка бери мой след
И за глаголом тяжелым следуй,
За рифмой воздушной, слетевшей с уст,
Рождённой в сутолоке вокзальной,
За огнём блуждающим моих чувств,
Невысказанных и несказанных,
Запечатлённых одним стихом.
Стоп-кран. Стоп-кадр. Фотовспышка мига.
Прощальный гудок. Опустевший перрон.
И тихо-тихо.

В точке Соприкосновения

Скитаешься по разным городам,
Ночуешь в мотелях и съемных квартирах,
Все твои вещи вмещается в один рюкзак,
Все твои расписания живут в мобильном.

Мы пересекаемся в точке С,
В маленькой комнате, в спальном районе.
Напиши поцелуями на моем лице
Имя Бога, известное лишь влюблённым.

Я не знаю, когда мы увидимся в следующий раз,
Как срифмуем время и траекторию,
Но когда я отражаюсь в твоих глазах
Я знаю, что создана по Его подобию.

И я знаю – мне простятся мои грехи
И я знаю – тебе твои тоже простятся.
И так хочется сказать, пожалуйста, не уходи.
Но как обычно пора прощаться.

Летучий Голландец

На земле, где боль непреложна,
Я — твоё утешение, твой подорожник.
Приложи меня к ране кровоточащей,
Вспоминай меня чаще!
Вспоминай будто песню, что слышал ещё в колыбели,
Этот мир — Вавилон. В нем гремят децибелы.
Но послушай… Ты слышишь, как голос из детства,
Как Летучий Голландец плывёт к воспалённому сердцу
По волнам твоей памяти, призрачно нежный…
На земле, где боль непреложна, есть любовь.

                                                                                   И она неизбежна.

2019

Река

Мысли о тебе, будто тихая река, —
Вот она течёт по поверхности стиха.
Лёгкой рябью, бликами луны —
Грёзы утра, нерассказанные сны,
Всплеск весла и мерный шёпот волн —
Боль, которой каждый вздох мой полн…
Я зайду по пояс, и по грудь….
Волны шепчут: «Мир свой позабудь».
Распахну русалочьи глаза….
Забываю, забываю, за….
2019

Август соблазнов

Посвящаю моему другу  и  наперснику  Владимиру Карбаню

«Все скучно, кроме ваших уст» —

Он мне цитировал Верлена.

Был август яблочным на вкус,

Как будто мы в садах Эдема

Вдруг оказались. Средь двора

Большая яблоня стонала

И алых яблок три  ведра

Дала нам. Я их не желала.

— Съешь хоть одно. И в тот же миг

Я стала слабой и послушной.

Его раздвоенный язык

Мелькнул между зубов жемчужных.

2019