Nuestros campos silvestres

Elena Zaslavsky. Traduccion Irene Zugasti Hervás

03/23/2015

Nuestros campos de amapolas silvestres, del color de la pluma,
Y las trincheras como cinta negra,
Y el cuerpo del soldado que se convierte en un nuevo valor,
Se convirtió en un héroe. A título póstumo.

Nuestros campos de quínoa silvestre y de ajenjo,
exuberantes, cortando el viento,
Plantamos una cruz al lado de los hoyos
Y tenemos nuevas leyendas.

En nuestros campos silvestres de grises cenizas,
con ramos de negros tallos,
Junto a nosotros, aquí, yacen nuestros enemigos,
En nuestra tierra de estepa, en el Donbass.

Nuestros campos de amapolas silvestres, pero del color de la pluma,
Y trincheras como cinta negra
Y somos todos uno, aquel que dio su vida
Para alcanzar nuestros estándares de Victoria.

В наших диких полях

23.03.2015

В наших диких полях маков цвет да ковыль,
И окопы змеятся, как черные ленты,
И врастает солдат телом в новую быль,
Стал героем. Посмертно.

В наших диких полях лебеда да полынь,
Буйны головы, буйные ветры,
Мы с курганами рядом поставим кресты,
И мы новые сложим легенды.

В наших диких полях, что седы от золы,
Почернели бессмертников стебли,
Вместе с  нами здесь лягут и наши враги,
В наши степи, в  донбасскую землю.

В наших диких полях маков цвет да ковыль,
И окопы змеятся, как черные ленты,
И мы все как один жизнь свою отдадим,
Чтобы ввысь вознеслось наше  знамя Победы!

Y la guerra repartió nombres.

Elena Zaslavsky. Traduccion Irene Zugasti Hervás

08/24/2014

Y comenzó la guerra
A repartir los nombres
De los Héroes.
Y a la Patria…
La hicieron callar
De pena.

El anillo se cayó
En la plumosa hierba
Del campo.

— ¿Cómo llamarte, engrandecerte,
Cómo quieres que te recuerden,
Guerrero?

— Hay muchos nombres brillantes:
Pero se queman en el fuego de la guerra
Muchos nombres,
Pero a cada punto
Hay sangre.

Mamá y papá nos dieron
Muchos nombres famosos.
Entre ellos están los míos.
 Si recuerdas cómo te llamas.

Стала Война раздавать имена

24.08.2014

И стала Война
Раздавать имена
Героям.

А Родина-Мать…
Ей пришлось замолчать
От горя.

Он пал, безымян,
В ковыль да бурьян
В поле.

– Как тя звать-величать,
Как тебя поминать,
Воин?

– Много светлых имен
Опалимы огнем
Войн.

Много чистых имен,
Но на каждом пятно
Крови.

Много славных имен
Мамы, папы нам дали.
Среди них и мое.
Поминайте как звали.

En la barricada principal

Elena Zaslavsky. Traduccion Irene Zugasti Hervás

5.8.2014

En la barricada principal
en el blanco Balaklava
Mira su muerte.
Y ella, que se había vestido toda
de rojo sangre como el carmín,
Le dijo: «Ven a mí.
Como te amo, te amaré,
Te besaré, seré clemente,
te sacaré de aquí,
Y olvidarás tu nombre.
te llevaré a mi cama cojeando,
mi cama cubierta de rosas,
te acostaré en ella,
Y te olvidarás de todos «.

Pero hasta entonces, él es mi soldado,
el que apunta al enemigo.
Hay muerte en sus ojos,
A la luz de sus pupilas dilatadas.

*Balaklava es un río en Crimea. Pero paradójicamente, también significa Pasamontañas.

На главной баррикаде

08.05.2014

На главной баррикаде
В белой балаклаве
Он глядит на Смерть.
А она-то вся при параде,
Рот в крови, как в помаде,
Говорит ему: «Иди ко мне.
Как же я тебя любить буду,
Целовать буду, миловать буду,
Уведу тебя я отсюда,
И как звать тебя, позабудут.
А постель моя в ковылях,
А постель моя вся в росе,
Уложу на нее я тебя,
Позабудешь и ты обо всех».

Но пока стоит мой солдат,
Хоть и взят врагом на прицел.
Он со Смертью глаза в глаза,
И в расширенных зрачках его свет.

Pan negro

Elena Zaslavsky. Traduccion Irene Zugasti Hervás

Durante mucho tiempo no hubo problemas. Mucho.
Durante mucho tiempo no hubo guerra. Mucho.

Los niños tuvieron tiempo de crecer,
los nietos tuvieron tiempo de crecer.
Los bisnietos no han tenido tiempo, aún.

Y el hijo dijo: «Me marcho. Lo siento».
Y el nieto dijo: «Yo también. Déjame ir «.
Y los bisnietos ya estaban crecidos.

Y de nuevo fluía la sangre caliente.
Y la patria se desgarra.
Y se tornaron hermano contra hermano, uno contra otro,

Y manaba leche negra de los senos.
Y la sangre era negra en los corazones,
Como la antracita, nuestro carbón de Krasnodon.

El último estrato. Desde las entrañas inaccesibles.
Arriba del mismo infierno.
La Historia quiere cambios
Y fría, fría, fría piedra negra de molino.

Nos convertimos en el pan negro de la guerra,
Nosotros, que éramos dorado grano.

Черный хлеб

03.05.2014

Долго не было беды. Долго.
Долго не было войны. Долго.

Успели дети подрасти.
Успели внуки подрасти.
А правнуки пока что не успели.

И сын сказал: «Я ухожу. Прости».
И внук сказал: «Я тоже. Отпусти».
И правнуки заметно повзрослели.

И снова кровь горячая лилась.
И Родина кроилась и рвалась.
И брат на брата шел, а друг на друга.

И стало черным молоко в сосцах.
И стала черной кровь в людских сердцах,
Как антрацит, наш краснодонский уголь.

Последний пласт. Из недоступных недр.
Наверх. Из самой преисподней.
История желает перемен
И крутит, крутит, крутит черный жернов.

Мы стали черным хлебом на войне,
А были… были золотые зерна.